11 декабря 2020      48      0

Вечорко: Такого избыточного назначения антимикробных препаратов еще не было

Уходит время, и уносит свои приметы. Помните? Райсовет, сельсовет, горсовет, Моссовет. Да, мы, рожденные в прошлом веке, жили в стране советов. Нет той страны, а советы… Советы не только остались. Они живы, они процветают, они нередко оборачиваются некими рекомендациями, выполнение которых обязательно. Есть даже классика: «Хотели как лучше, а получилось как всегда» и потому совет: «Денег нет, но вы держитесь».

Держимся. Ковидную пандемию обходит пандемия советов. Они не уходят на "удаленку" — они круглосуточные. Причем отовсюду. Объяснение есть: ничто не волнует нас так, как наше с вами здоровье. Есть даже устоявшееся словосочетание: "Советы врача". Но они-то как раз на заднем плане. А на первом… Удаленка стала благодатной почвой для бесконечных мероприятий, диспутов якобы ради нашего с вами блага, нашего с вами здоровья. Лавина советов о том, как лечить, чем лечить, где лечить. Сегодня спасет препарат (далее его название). Через пару дней: этот препарат опасен чрезвычайно. Сегодня о том, что срочно надо принимать антикоагулянты, чтобы не возникли тромбы. Завтра о том, что эти препараты приведут к кровотечению и потому… А вот AЦЦ всегда ко двору … Во всяком случае совет принимать его явно долговечен.

Кроме лекарств есть еще КТ. Без него, похоже, в наше время не обойтись при любых заболеваниях. То, что процедура КТ все-таки еще и некое облучение, не останавливает. И один ненароком чихнувший спрашивает другого чихнувшего: "Как? Вам не сделали КТ? Вы же были в поликлинике!" Врачи, специалисты, порой проигрывают советам знатоков. А уж если свысока дают рекомендации лечить ковид народными средствами…

Мы оказываемся во власти советов, которые неизменно порождают слухи. А когда советы подаются как рекомендации, то от них не отмахнуться. Скажем, рекомендации о том, сколько времени отводится врачу на прием пациента — первичный, вторичный. Если врач в эти рекомендации не укладывается, то… Врачевание — процесс творческий? Не шаблонный. Лечить надо не болезнь, а больного? Все может и так. Однако… Вот сейчас дан старт всеобщей вакцинации против ковида. Вспомните, поначалу на нее возлагалось столько надежд. А теперь, когда уже десятки вакцин, когда всеобщая вакцинация объявлена…

Надо идти на вакцинацию? Что она даст? Не опасна ли она? Можно ли заболеть после нее? Вопросов куда больше, чем желающих сделать прививку. Она обязательна или добровольна? Если врач, работающий в "красной зоне", ее не сделает, он будет уволен или… С этого вопроса началась беседа с главным врачом больницы имени Филатова, экспертом "РГ" Валерием Ивановичем Вечорко. Больница Филатова, напомним, прицельно работает на ковид.

Вечорко: Такого избыточного назначения антимикробных препаратов еще не было

Валерий Вечорко: Можно сказать, что параллельно с пандемией ковида идет пандемия советов и слухов. Они, правда, были всегда, но не в таких количествах. Вакцинироваться или нет — личное дело каждого. И, думаю, не только я, но и руководители других учреждений не станут увольнять сотрудника, если он прививку не сделал. Тут тоже не может и не должно быть общих советов. Категорических тем более. Все-таки крепостное право кануло… Нас тревожит нынешнее отношение к антибиотикам: даже те, что всемирно известны, оказались во власти советов и слухов.

И некоторые пациенты требуют, чтобы ими лечили тот же ковид?

Валерий Вечорко: Требуют. И не только в нашей стране. Во всем мире растет озабоченность врачебного сообщества проблемами антибиотикорезистентности (АБР). Идет борьба человека с микробом: кто кого?! Казалось бы, совсем недавно были получены антибиотики - огромное достижение медицинской науки, микробиологии. Благодаря им спасены миллионы жизней. Но микроорганизмы не собирались сдаваться. И вот уже появляются первые представители микромира, способные продуцировать пенициллиназы — убийцы пенициллина. Дальше началось соревнование: человек изобретал новую защиту (доспехи) для антибиотиков, а микроорганизмы учились ее разрушать! Дошло до того, что уже самые мощные "резервные" препараты подвергаются разрушению. А самые злые микробы окопались в святая святых любого стационара - в реанимациях. Там, где идет борьба за жизнь человека. И не просто окопались, а стали создавать целые сообщества — биопленки, живущие по принципу "коллективного разума" — как пчелиный улей. Есть свои разведчики, трудяги, главари и воины, вырабатывающие различные "бетта-лактамазы", "карбапенемазы" — мощное оружие против антибиотиков, которые были призваны спасать человеческие жизни, находящиеся на грани. Но из-за хитроумного поведения бактерий это не всегда удается сделать. И это трагедия!

Имя которой антибиотикорезистентность, сокращенно — АБР.

Валерий Вечорко: Именно трагедия. Вдумайтесь в некоторые цифры. Мировую ежегодную смертность от самых лекарственно-устойчивых видов инфекций оценивают минимум в 700 000 человек. Если ситуация не изменится, то 100 миллионов человек к 2030 году умрут преждевременно. А через 35 лет эта цифра достигнет 300 млн. А затраты на борьбу с АБР к 2050 году обойдутся миру в сумму более 100 триллионов $. Сухие цифры? За ними человеческие жизни.

Проблема АБР многоплановая. Одна из ее составляющих — избыточное, неоправданное, неконтролируемое, массовое использование антибиотиков. Особенно это проявилось в период пандемии коронавирусной инфекции. Вирусная пневмония, сопровождающаяся повышенной свертываемостью крови, почему-то повально лечится антибиотиками. И мы наблюдаем по сути "антибактериальную агрессию". Такого избыточного, необдуманного назначения антимикробных препаратов "на всякий случай" "для профилактики" на немикробную пневмонию не было в истории человечества еще никогда. Может быть, население и некоторых докторов смущает термин "пневмония", не отражающий сути болезни. Это скорее пневмонит, заболевание легких, имеющее совершенно иную, нежели бактериальную, природу. Хочется призвать не только пациентов, но и некоторых коллег: Остановитесь! Давайте следовать принципам разумной достаточности!

80 процентов больных переносит COVID-19 либо в форме ОРВИ, либо нетяжелой пневмонии

Разумной достаточности. Опять совет? Дать его легко. Но невозможно игнорировать особый психологический климат в обществе в период пандемии.

Валерий Вечорко: Невозможно! Однако ковидный опыт, тем более опыт "красной зоны", учит: заболевшие должны относиться к ситуации, связанной с данной инфекцией, спокойно, взвешенно, понимать суть патологического процесса, особенности его течения. Важно знать, что 80 процентов больных переносит COVID-19 либо в форме ОРВИ, либо нетяжелой пневмонии. Реакция иммунной системы ожидаемо будет более адекватной, организм справится с коронавирусом быстрее в психологически устойчивом организме. Важно избегать двух крайностей в восприятии COVID-19. Одна из них: это "COVID-диссиденты", не признающие не только угрозы тяжелых последствий болезни, но и само существование особого вируса SARS-CoV-2 и мер индивидуальной защиты от него. Другая, напротив, нагнетает ситуацию, сея в обществе панические настроения. Велика в этом роль и средств массовой информации. Важна просветительская работа со стороны медицинского сообщества, в том числе и в вопросах адекватного, правильного использования лекарственных препаратов, прежде всего, антибиотиков.

В психологически устойчивом организме реакция иммунной системы будет более адекватной, организм справится с коронавирусом быстрее

И все же… В пандемию имеет место быть нарушение стабильности нервной системы. Даже у самых позитивных, у практически здоровых людей…

Валерий Вечорко: Тому немало причин.

Можете их озвучить?

Валерий Вечорко: Попробую. Это тревога ожидания возможного заболевания. Это социальное дистанцирование (одиночество) с целью предотвращения распространения инфекции. Это карантин для тех, кто уже столкнулся с болезнью, полная изоляция заболевших. Это стресс, связанный с заболеванием членов семьи. Это горе родственников, потерявших членов семьи, это потери дохода, нестабильность экономики. Это сложности с уходом за детьми, их постоянное нахождение дома…

Вот здесь совет более чем уместен…

Валерий Вечорко: Совет врача и психолога — повышение чувства безопасности. Различные методики успокоения, социальная поддержка и адаптация, уверенность в собственных силах и, безусловно, надежда. Человечество должно победить и в этой битве. Это далеко не первый вызов ему со стороны микромира. Хорошо было бы жить с его представителями в параллельных мирах, не мешая друг другу. Но это невозможно! Они нуждаются в нас, а мы в них, как это ни странно звучит… Нужно только одолеть самых патогенных… Сделать это можно лишь сообща, сплотившись всем обществом и выступая единым фронтом.

Чужих пациентов не бывает Текст: Ирина Краснопольская

Вечорко — человек обязательный. Не подведет, не опоздает, ни в коем случае не обманет. Вот такая предварительная информация о главном враче московской Филатовской больницы Валерии Вечорко. И когда в назначенное время встречи звонка в домофон не последовало, не скрою, подумала: решили приукрасить главного. Но… раздался телефонный звонок. Вечорко радостно сообщил: «Извините, застрял в пробке! Опоздаю минут на пятнадцать». Радость собеседника объяснений не требует: в столицу возвращаются автомобильные пробки. Значит, начинается переход к нормальной жизни. Значит, проклятому вирусу дан отпор. И одна из ведущих и крупнейших столичных больниц — № 15 имени О.М. Филатова — приняла в этом небывалом никогда ранее противостоянии весомое участие.

С Валерием Ивановичем беседуем на моей кухне. И он, и я в масках. А как иначе? Он же приехал из «красной зоны»: с начала эпидемии фактически живет в ней. Валерий Вечорко многодетный папа — у него четыре дочери. Двадцатилетняя Валерия — студентка юрфака. Восемнадцатилетняя Екатерина — на первом курсе медуниверситета. Четырнадцатилетняя Анна окончила восьмой класс, а семилетняя Александра — первоклассница. Все дома.

Валерий Вечорко: Очень соскучился по девчонкам. Живу практически в своем рабочем кабинете. Общаемся по телефону. Как бы видимся. Как бы беседуем. Им проще: они же дети интернета, цифры. Но это не замена теплоты живого общения.

Вы пришли ко мне в маске, но без защитного комбинезона. Я подвергаюсь опасности?

Валерий Вечорко: Я же, как и все наши сотрудники, каждую неделю сдаю тесты на коронавирус. Они отрицательные.

Это меня радует и успокаивает. Надежность Филатовской не зависит от ситуации? Да, стены, да, все удобства. Да, можно смотреть собственные клипы о собственной больнице, слушать песни в исполнении главного врача. Но…

Валерий Вечорко: Вот на днях состоится всемирный онлайн-конгресс «Новые технологии в диагностике и лечении гинекологических заболеваний». Мы к нему, несмотря на пандемию, готовимся. При чем здесь мы? Да при том, что Филатовская — клиническая база ведущих медицинских кафедр. В данном случае кафедры акушерства и гинекологии Третьего московского мединститута.

Признаюсь, если ко мне обращаются женщины, готовящиеся стать мамой, и у них какие-либо проблемы с сердцем, сосудами, то нередко адрес направления на роды — роддом Филатовской больницы. Иногда адрес удивляет: для некоторых Филатовская ассоциируется со старейшей знаменитой, великолепной детской больницей на Садовом кольце в Москве. Не все знают, что имя 15-й дал ее бывший главный врач Олег Филатов. Тяжелая онкология рано оборвала его жизнь. Олега Михайловича знала. Был он такой огромный, такой надежный, такой доброжелательный… Однажды мы оказались вместе в командировке в Сирии. Жили в центральном отеле Дамаска. Рано утром выходим из отеля. У входа на земле лежит человек. Без сознания. Олег Михайлович тут же подошел к пострадавшему. Мы видели, что он как-то над ним колдует. Видели, как пострадавший открыл глаза, пришел в себя. Филатов приподнял его. Наконец, появилась бригада медиков. Вокруг говорили: «Этот русский врач спас человека». Теперь имя этого врача носит 15-я больница.

Валерий Вечорко: Для меня важно, что сын Филатова — наш сотрудник.

Важно, что медицинские династии были и, несмотря на непонятные гонения против родственных связей, все-таки сохраняются. Кто лучше научит сына любимому делу, чем отец? Парадоксально, но сейчас, в пандемию, очевидным стало: именно медики, именно врачи — наша главная защита, надежда, пример подлинного гуманизма. Очевидным стало и то, что российское здравоохранение нуждается в значительных финансовых вливаниях. И не только в период эпидемии. Но… Уйдет эпидемия, уйдет и эта очевидность? Все вернется на круги своя?

Вирус опасней, чем мы предполагали. Он поражает не только легкие. Ковид приводит к микротромбообразованию в селезенке, даже в сердце

Валерий Вечорко: Надежда умирает последней…

А вы, оказывается, еще и дипломат?

Валерий Вечорко: Я же главный врач. Наши наблюдения, наши исследования показывают, что вирус опасней, чем мы предполагали. Он поражает не только легкие. Ковид приводит к микротромбообразованию в таких органах, как селезенка и даже сердце. А в последнее время мы все чаще наблюдаем различные высыпания на коже. Скорее всего, это микротромбозы, опасность которых мы пока еще не осознали, но она наверняка существует.

Пока мы беседуем, пришло сообщение о том, что в НИЦЭМ находится в финальной стадии доклинических испытаний вакцина против COVID-19. Идет проверка на приматах. Директор центра академик РАН Александр Гинцбург сообщил, что и он сам, и сотрудники центра опробовали вакцину, ввели ее себе. И она дала нужный эффект. Опыт оказался успешным: иммунитет есть, негативных эффектов не обнаружено, центр Гамалеи намерен начать производство вакцины от коронавируса к лету. Значит, вот-вот она может появиться. Валерий Иванович! Как вы думаете, выстроится очередь на вакцинацию? Или, как это у нас заведено, подадут голоса противники такой профилактики, и нам придется чуть ли не умолять людей воспользоваться предложенной защитой?

Валерий Вечорко: Очень хочется быть оптимистом. Но полной уверенности на этот счет у меня нет .

В Филатовской 2700 сотрудников. В том числе 700 врачей. По-настоящему многопрофильная больница. И по территории, и по количеству служб, оборудования — махина. А пришла беда, и сумела перепрофилироваться за шесть дней? Даже не верится!

Валерий Вечорко: Почему вы не верите? У нас такой коллектив. Не было ни одного отказа от участия в самых различных мероприятиях на этапе перепрофилирования. Надо же было не просто «сменить вывески». Надо было провести экстерн-образование, чтобы все врачи, медсестры стали профи в области инфекционных заболеваний. Я сегодня воспользуюсь редкой возможностью и хотя бы назову замечательных специалистов, без преувеличения подвижников, которые у нас трудятся. Это у нас в 15-й работают сосудистый кардиохирург профессор Николай Баяндин, проктолог профессор Этери Болквадзе, сосудистый хирург Дереник Майтесян, офтальмологи Татьяна Елисеева и Дмитрий Кац, терапевт профессор Оксана Байкова, специалист в области образования тромбов профессор Олег Аверков…

15-я обычно лечит почти 90 тысяч пациентов в год, страдающих различными, в основном очень тяжелыми заболеваниями. Мы проводим 50 тысяч операций в год. Оказываем высокотехнологическую медицинскую помощь по кардиохирургии, нейрохирургии, офтальмологии и травматологии.

Сейчас больница поделена на «красную» и «зеленую» зоны. То есть на грязные и чистые зоны. Построены герметичные конструкции, которые помогли разделить потоки больных с подтвержденным заболеванием и больных с сомнительным статусом. Врачей, идущих на смену, от специалистов, возвращающихся с работы. Сотрудники приходят в «зеленую» зону, проходят через специальный шлюз, где надевают средства индивидуальной защиты, и проходят в «красную» зону. А когда работа заканчивается, все повторяется, только в обратном порядке.

А средствами защиты вы их обеспечили?

Валерий Вечорко: Считаю безопасность сотрудников важнейшим делом во время такой эпидемии. Гарантий полных нет. Вирус может быть не только в стенах больницы, но и за ее пределами. Но есть осознание того, что все сделано для безопасности тех, кто у нас работает, кто у нас лечится.

Откуда средства защиты?

Валерий Вечорко: Их поставляет департамент здравоохранения Москвы. Рядом с нашей больницей есть небольшой гостиничный комплекс. Там наши сотрудники могут отдохнуть, переночевать, поесть и попить абсолютно бесплатно.

Некоторые больницы вынуждены были уйти от своей многопрофильности и сосредоточились только на ковиде, а у вас...

Валерий Вечорко: Самых тяжелых везут к нам. Никто не отменял экстренную хирургическую помощь. Например, профессором Баяндиным была проведена операция на открытом сердце с расслаивающейся аневризмой аорты, протезирование клапанов на сердце. Филатов остеосинтез делал.

Вот завтра вирус уйдет. Больница перестанет быть инфекционной и снова станет многопрофильной. Пациенты придут в нее без опаски подхватить инфекцию? Будет гарантия, что в каком-нибудь больничном закутке не обитает вирус?

Валерий Вечорко: Гарантия… После окончания пандемии будет проведена тщательная санитарная обработка всех уголков и закутков 15-й больницы.

Вы убеждены, что столь активное перепрофилирование больниц было необходимо? Причем не только городских, но и федеральных, и региональных центров. Возврат к многопрофильной больнице пройдет гладко или не так просто?

Валерий Вечорко: Мы никогда не работали в таком режиме. Но думаю, справимся. Насчет необходимости… Время покажет. А я, если можно, еще раз о том, что в этой ситуации мы впервые почувствовали важность профессии, которую выбрали. Само общество признало, что медицина практически главное звено. Без нее жизнь невозможна. И медики — главные охранители жизни. Осознание этого придает силы. Я каждый день вижу, как люди стараются, как буквально отдают себя. Не буду произносить высоких слов о самоотверженности, о чувстве долга, тем более о героизме. Это просто наша работа…

Вопрос ребром

Вашим пациентам, угодившим на больничную койку в вирусное время, теплота живого общения нужна? Может, сейчас не до этого? КТ, ИВЛ, маски, перчатки, защитные очки, шлюзы... Все остальное уходит на задний план? Вместо ответа на пространный вопрос Валерий Иванович включает на телефоне… музыку. Задушевный голос, задушевная мелодия.

Марк Бернес?

Валерий Вечорко: Это пою я и мой друг, заслуженный артист России Сергей Беликов. Мы с ним сочинили, как теперь говорят, клип из репертуара Бернеса и эпизодов текущей жизни нашей больницы. Включаем его, и все, кто лечится, кто работает в больнице, слушают. Поверьте мне, врачу: пациент должен находиться в комфортных условиях, тем более когда ему особенно плохо. Под звуки клипа невольно вспомнилось… Зимой 1981 года мне позвонил руководитель московской службы здоровья Леонид Ворохобов. (Его имя носит одна из столичных больниц. — И.К.) Попросил пожертвовать воскресным днем: поехать посмотреть новую московскую больницу, которая еще не задействована. Сказал, что компанию нам составит академик Юрий Лопухин, тогдашний ректор мединститута: новая больница станет одной из его, института, клинических баз. И мы отправились почти на окраину Москвы — Вешняковскую улицу, 23. Нас встретил назначенный главным врачом Владимир Мудрак. Впечатляло все. Огромный корпус, длиной почти в 300 метров. Палаты со всеми удобствами. Сейчас трудно представить, что столичные больничные палаты могут быть без удобств. Но в ту пору... Был еще смешной эпизод. Владимир Николаевич похвалился изящными позолоченными ручками на дверях «руководящих» кабинетов. Мы дружно спросили: «Откуда такая красота?». Оказывается, Мудрак вернулся из зарубежной командировки, в которой все свои личные деньги потратил на приобретение этих самых ручек, чтобы больница выглядела красиво. (Сейчас Владимир Николаевич — председатель общественного совета Филатовской.)

Валерий Иванович! Больница должна быть красивой или это не главное?

Валерий Вечорко: Должна. Даже при таком перегрузе, как сейчас. Больница рассчитана на 1503 койки, а после перепрофилирования в ней 1610 коек. Поверьте врачу, пациент должен находиться в комфортных условиях, тем более когда ему особенно плохо. Это только кажется, что ему может быть все равно — лишь бы хорошо лечили. Недаром говорят, что дома и стены лечат. Под этими стенами имеется в виду комфорт, теплота, забота, внимание.

Вы уверены, что в вашей больнице, особенно в теперешних условиях, такое имеет место быть?

Валерий Вечорко: Очень хочется верить, что это именно так. А насчет уверен… Может, у меня такой характер, но я человек сомневающийся, и мне важно входить во все детали, самому проверять все, что происходит.

И потому сотворили клип, посвященный вашей больнице, в условиях ковида.

Валерий Вечорко: Этот клип мы постоянно демонстрируем. Да! Не только лечим, но и развлекаем своих пациентов, сотрудников. От их настроения, поверьте, зависит выздоровление.

Главный врач Валерий Вечорко замечательно поет. Он и его друг, заслуженный артист России Сергей Беликов записали на два голоса клип «Журавли» из репертуара Марка Бернеса. «Включаем его, и все, кто лечится, кто работает в больнице, слушают. Поверьте мне, врачу: пациент должен находиться в комфортных условиях, тем более когда ему особенно плохо», — говорит главврач.

Общество Здоровье Вакцинация от коронавируса Интервью Ирины Краснопольской Пандемия коронавируса COVID-19 РГ-Видео

Источник: rg.ru

Ваш комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

 
Перевод сайта
Экономический календарь
31.01.2021
1 USD 76.2527 Руб 0.0000
1 EUR 92.2963 Руб 0.0000
1 UAH 2.7094 Руб 0.0000
1 GBP 104.2832 Руб 0.0000
Добавить сайт в закладки

© 2021 Финансы · Копирование материалов сайта без разрешения запрещено
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru